Ученые выяснили происхождение языка обезьян

По обе стороны Африки живут зеленые обезьяны и мартышки верветки, эволюционные пути которых  разошлись 3,5 миллиона лет назад. Эксперименты показали, что эти два вида имеют жесткий словарный запас при столкновении с опасностью.

Новое исследование, опубликованное в журнале Nature Ecology & Evolution, проливает свет не только на то, как приматы, включая людей, реагируют на угрозы, но и рассказывает о структуре самого языка.

Обезьяны верветки, обитающие в саванне восточной Африки, издают три разных крика в зависимости от того, замечают ли они леопарда, змею или орла — своих трех основных хищников. Их сородичи-обезьяны, которые слышат крики, но не видят  опасности,  реагируют соответствующим образом: зов леопарда заставляет их залезть на дерево, змей — неподвижно стоять на двух ногах, а орлиный крик вынуждает их осматривать небо и искать убежища. Это как если бы страж кричал: «Замри, это змея!» Или «Поднимись с земли, это леопард!»

Обнаружение тридцать лет назад этих уникальных предупреждающих криков вызвало споры о том, были ли они похожи на примитивные слова, отметила Джулия Фишер, руководитель лаборатории когнитивной этологии в Немецком центре приматов в Геттингене, Германия и ведущий автор исследования.

Это также подняло вопрос о том, откуда эти крики возникли. Узнавали ли верветки их через подражание  и были ли эти крики запечатлены генетически? Чтобы углубить свое понимание, Фишер и ее коллеги провели эксперимент с популяцией зеленых обезьян в Сенегале, за которой они наблюдали более десяти лет.

Как и их дальние родственники по всему континенту, зеленые обезьяны также издают особые звуки при появлении больших кошек и змей и реагируют соответствующим образом. Но поскольку хищники в их окрестностях не представляют угрозы, ничего подобного у зеленых обезьян, в отличие от верветок, не наблюдается. Даже когда ученые пытались напугать зеленую обезьяну фиктивными птицами, это не сработало.

«Любая попытка заставить их издать предупреждающие звуки в ответ на орлов совершенно провалилась, — сказала Фишер. Но потом у ученой появилась идея. — Мы решили применить беспилотный летательный аппарат над зелеными обезьянами, чтобы подвергнуть их воздействию чего-то потенциально опасного в воздухе, чего они никогда раньше не видели».

Дрон пролетел на высоте около 60 метров над ничего не подозревающими животными. Как только обезьяны заметили это, ответ был незамедлительным: они издали тревожные звуки и поспешили скрыться. Крик не только отличался от реакции на леопардов или змей, но и был поразительно похож на сигналы о приближении орла в исполнении верветок.

«Несмотря на 3,5 миллиона лет эволюционного расхождения, структура вызовов осталась практически неизменной», — отметила Фишер.

Чтобы понять, что обезьяны могли узнать из пролета дронов, несколько дней спустя ученые провели второй эксперимент. Они спрятали громкоговоритель возле одинокой обезьяны, которая искала еду и воспроизводила звук гула.

«Услышав звук, животное подняло глаза и осмотрело небо», — сказал Фишер.

Последующие испытания показали, что обезьянам было достаточно одного воздействия на новую угрозу, чтобы понять, что означает звук, демонстрируя замечательную способность к адаптации. Исследователи предполагают, что эти звуки обезьян — и значение, придаваемое им —подобны шумам, которые издают младенцы.

Но каким-то образом люди научились выходить за рамки этого встроенного словаря и производить новые звуки, связанные с новыми значениями. Однако под всеми слоями культуры и обучения остались некоторые основные ответы, которые относятся к области эволюционной психологии.